April 7th, 2014

gorod

о прекрасном

Сколько-то лет назад, году примерно в шестом или седьмом, я утащила сестру в Севастополь - исцелять ее разбитое сердце, ну и вообще в поисках новых впечатлений. Тогда мы впервые искупались в Голубой, и потом искали дорогу к маяку между бесчисленных дач, впервые поехали с экскурсией на ЮБК и поглядели на Воронцовский дворец, в первый раз дошли морем до Ялты, и в первый раз из любопытства купили билеты в Античный театр - это же так интересно: настоящее представление на развалинах древности.
Давали аристофановских "Ля-гушек" - сезон был в самом разгаре и свободных мест не было. Я ожидала чего угодно, но только не того, что получила. До того мой театральный опыт ограничивался двумя или тремя сказочками по школьным билетам на каникулах, да случайно увиденным "Лесом" Островского, на который нас согнали с работы в принудительном порядке. Но это! Это был откровенный праздник. Мы глупо ржали до слез, трясясь под моей легкомысленной пляжной шалью, и греясь друг об друга - конец июня оказался неожиданно суров на холодные ночи. И тогда уже, под финальные фанфары, я решила, что непременно надо приобщить к прекрасному птенца.
Возможность представилась только в следующем году. Я непедагогично решила, что первая неделя сентября все равно уйдет на раскопки погребенных под летними впечатлениями знаний, и приведение бандитской орды в пристойный вид, поэтому можно продлить каникулы еще на чуть-чуть, и насладиться бархатным сезоном в полной мере.
С самого утра, едва приехав и покидав вещи в номер, мы добежали до Херсонеса, и увидели подарок небес - закрытие сезона, "Женщины в народном собрании", последний спектакль в этом году.
Как прошел день, я не помню - наверное, как обычно: завтрак в пиццерии, букинист, дворы на Горке, сквер над бухтой, Приморский... К шести мы были на месте - билеты продают за час. Настасья шла с любопытством, но не более того: ну, театр, ну да, древний, прикольно - прямо на улице, решетки деревянные вместо сидений, солнышко греет...
Через полтора часа, воя от счастья, дева отбивала ладоши в овациях. В черное небо летели фейерверки, гремела музыка, актеры стояли с букетам перед восторженной толпой, и не было, наверное, у нас в том году праздника шикарнее этого единения душ.
Оглушенные, воспарившие, мы шли через темное тепло сентябрьской ночи к берегу - поздороваться с морем по-настоящему. Тихий прибой качал гальку на пляже, справа горел огнями Севастополь, и звездная высь медленно поворачивалась над головой. И уже тогда, макая ноги в чуть мерцающую воду, мы наверняка знали, что этот вечер и эта любовь - до конца жизни.

Долгих лет вам, луначарцы! Пусть еще многие и многие, раз прикоснувшись, возвращаются к вам снова. И пусть будут великодушны античные боги к сцене Херсонеса - через века и тысячелетия, над всеми смутными временами, ибо настоящее искусство бессмертно.