November 12th, 2014

huhol

(no subject)

Вот так идешь с утра в метро, смотришь на пакеты в руках окружающих, и сразу понятно, кто где отдыхал.
В точно таком же зелененьком дитя из Варны притащила салатник, а белый с нарисованными ручками - это греческий дьютик, ага.
huhol

(no subject)

Вот интересно, артиллерийским командирам голос в училище ставят? Ну, чтобы зычно команды выкрикивать?
У нас начальник транспортного цеха отдела из артиллеристов: сам маленький такой, не больше меня, зато голосина - как иерихонская труба, с другого конца коридора слыхать.
А препод сценического искусства, который нас вчера тиранил - тоже не голиафовых пропорций, но по децибеллам легко с полковником потягаться сможет.
Там дыхалка другая совсем - он нам показывал, но мы ничего не поняли. В смысле, я осознала, что вдыхать не туда нужно, куда обычно (гусары, молчать!), но вот чего дальше с этим делать, и как резонаторы "подключать" - с этим туго. А так-то, думаю, завалящую гаубицу можно перекричать при случае.
outdoor

(no subject)

Чем дальше уходит какое-либо событие, тем слабее становится яркая картинка, размываясь и тускнея, закрываясь тонкими слоями повседневности, пока не останется одно только впечатление: на уровне мурашек по позвоночнику. Оно не пропадает, нет - оно живет в памяти таким же, как было, пока случай, как в старинной детской игре, не подцепит его крючком из самой середины вороха, и не выдернет на свет ошеломляющим, до стона ярким кадром.
Говорят, что древние индейцы носили на поясе мешочек с пахучими травами, и когда хотели запомнить какое-либо важное событие, то растирали их в разных сочетаниях, и вдыхали аромат. И если потом, через много лет, какому-нибудь старому вождю Оранжевому Еноту приходила блажь вспомнить, например, грозовой закат над тушей первого убитого бизона, то нужно было всего лишь помять, допустим, веточку полыни с пучком чабреца (бог его знает, что уж за чабрец на самом деле растет в их дремучих прериях, и как он пахнет)
По нынешним временам душистые травы с успехом заменяются фотографиями и магнитиками, но все равно получается как- то плосковато. "Мы были в Лондоне" - это для похвастаться, равно как и фото "Я и гвардейская лошадь". Но стоит только поймать носом пару молекул запаха от рубашки из чужой прачечной, владелец которой отловил вас в центре города с вопросом: "Пьятницкайа улицааа, плиз?", как бешеным калейдоскопом вдруг обрушивается лавина просто физических ощущений. Тягучая истома цветущих магнолий, розовая полоса восхода над черепичными крышами, промозглый ночной ветер над съёжившимися волнами Темзы в цветных пятнах отражений, теплая земля с запахом фруктового кекса на игрушечных холмах Гринвича.
Как это происходит - я не знаю, но оно есть, и всегда появляется неожиданно, как подарок, заставляя сердце снова и снова сладко замирать.
Кажется, именно это явление у продажной девки психологии именуется "постановка якорей" И кажется, я теперь знаю ещё один способ вытащить из небытия что-нибудь удивительное: нужен всего лишь плеер, немножко видео и музыка. И всё, прикипит намертво.